К сожалению, современное общество идет по пути упрощения. Исчезают языки (как правило, вместе с их носителями), уменьшается количество и литературных жанров, хотя некоторые из них периодически хочется реанимировать. В частности, был в античности такой жанр как панегирик, представляющий собой хвалебную речь, которая писалась и, соответственно, публично зачитывалась по случаю смерти какого-либо достойного (впрочем, о мертвых – либо хорошо, либо ничего) персонажа. Впоследствии, это жанр периодически пробуждался к жизни, пока окончательно не исчез где-то в начале XIX века.

Поводом, необходимым для реанимационных мероприятий, является преддверие того дня, который на протяжении семидесяти с лишним лет воплощал для советских жителей парадоксальную радость от праздника, посвященного трудовым будням. Речь, конечно, идет о 1 мая. Можно даже не вспоминать официальное название этого праздника, ибо менялось оно с завидной (а может и с незавидной) регулярностью: от «Дня Интернационала» (1918) к «Празднику международной солидарности пролетариата» (1930), затем к «Боевому празднику международного пролетариата» (1943), «Дню всемирного праздника трудящихся» (1946), пока, наконец, не остановилось на относительно нейтральном «Празднике весны и труда». Но как бы не назывался этот день, непременным атрибутом праздничных мероприятий, являлась первомайская демонстрация, которой и хотелось бы посвятить данный панегирик. Впрочем, не будем нарушать канонов жанра, превращая похвалу в банальную статистическую справку.

Итак, личное право говорить о покойной придает мне то обстоятельство, что я успел повидать ее и даже принять участие в сей достойной процессии. Возможно, определенную остроту восприятия придавал этому событию тот факт, что детский возраст не подразумевал серьезной рефлексии по поводу аспектов происходящего – экономической ситуации в стране, недостаточной сплоченности рядов рабочего класса или банального недовольства взрослыми бесцельно потраченного свободного времени. Главным было само осознание всеобщности происходящего, когда к единой колонне с главными транспарантами постепенно присоединялись отдельные колонны от заводов, причем ощущение внутреннего единства всех работающих на разных предприятиях обеспечивало тот самый эффект, который уже все хуже удавался дряхлеющим лозунгам позднесоветской поры.

К сожалению, первомайская демонстрация прекратила свой жизненный путь, канув в Лету вместе с породившим ее советским строем. И к не меньшему сожалению, все попытки реанимировать данное мероприятие, представляются не только пока не удавшимися, но невозможными в принципе, в силу изменения самой социальной структуры и мировоззрения современных россиян.

Нельзя сказать, чтобы демонстрации оказались полностью не востребованы в современном политическом ландшафте. Их пытаются (не с очень большим успехом) заменить периодическими митингами по разным актуальным темам, парадом на 9 мая и празднованием Дня города на Театральной площади. Но все как-то не в тему. Митинги давно уступили свою популярность флешмобам (как минимум, интереснее и креативнее). Парад однобок в том смысле, что подразумевает (для основной толпы) лишь созерцание, а не участие. День города в последние годы вообще превращается в бессмысленное и беспощадное мероприятие, как минимум, с точки зрения усвоения и трансляции определенных ценностей. Развлечься еще можно, но вот никакого единения (кроме как с невольными соучастниками по штурму немногочисленных экипажей общественного транспорта) не испытаешь.

Крестный ход, несмотря на свою красочность, выглядит карикатурой на первомайскую демонстрацию, потому что взывает лишь к определенному набору ценностей, пусть и разделяемому на словах значительной частью населения. «Первомай», при всей позднесоветской аберрации его слоганов, оставался воплощением универсальных общечеловеческих стремлений.

К тому же, кардинально поменялась сама структура городского сообщества. Если в советское время она состояла из работников заводов или других масштабных предприятий, которые и выступали слитными колоннами в честь праздника труда, то сейчас все измельчало. И на этот раз – в буквальном смысле. На смену фабрикам и заводам пришли фирмы и мелкие магазины. Хотя гипотетически представить себе на первомайской демонстрации колонну трудящихся гипермаркета «Триумф» с соответствующими лозунгами было бы интересно. Но дело в том, что при такой структуре труд перестает быть фактором объединения. Личного обогащения – наверняка, самореализации – сомнительно, но тоже возможно, а вот единения – уже никак! Какое может быть понимание единого труда на фирме, где работает всего несколько человек, и те являются фрилансерами?

Так что в отсутствие первомайской демонстрации сам праздник утратил свое значение, постепенно превратившись в еще один выходной и испытав тенденцию к полному обезличиванию путем посредством возникшего у некоторых депутатов стремления к переносу новогодних праздничных дней на первые десять дней мая. По принципу – зимой можно только употреблять в неумеренных количествах горячительные напитки, а вот в теплое время года энергию можно направить и на что-то полезное. Пока инициатива не прошла, но, как говорится, еще не вечер, а до следующих новогодних каникул еще достаточно далеко, чтобы все изменить.

Важен и еще один аспект. Лишившись своей идеологической составляющей, «Первомай» неожиданно приблизился к тому образу жизни, который он сам и символизировал, став, по сути, корпоративным праздником дачников и примыкающих к ним любителей шашлыков и прочих прелестей отдыха на свежем воздухе. А в условиях экономических санкций эта категория населения (дачники, а не отдыхающие) имеют устойчивую тенденцию к расширению, поэтому любое робкое заикание о возобновлении демонстрации будет если не встречено «в штыки» (за отсутствием таковых), но саботировано точно.

Впрочем, жанр панегирика диктует свои правила, поэтому жалеть не будем, а будем сосредотачиваться на светлых мыслях об усопшей. Заканчивать панегирик стоит тоже канонически:

Первомайская демонстрация, мы будем помнить тебя всегда, и даже постараемся передать память о тебе своим потомкам. Если конечно, они будут хотя бы знать, что такое мир, труд и май, и почему эти понятия когда-то составляли столь неразрывное единство.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here