«Зачем спать, если можно почитать», видела я где-то бабушек с таким плакатом в день библионочи. Сплю я регулярно, что не мешает мне наслаждаться чтением, не менее регулярным, с раннего детства, даже с фонариком под одеялом, прячась от родителей, чем и положено было начало «усадке» моего зрения.

22 апреля в Саратове проводилась акция в поддержку чтения. Не знаю, как в других библиотеках, а в Центральной Городской, на Зарубина, куда мне удобнее было добраться, темой Библионочи-2016 была «Читай кино».

Крыльцо ее было действительно парадным, в шариках, с праздничной музыкой, слышной издали, ростовыми куклами-зазывалами и встречающими у входа ряжеными. Тихо накрапывал дождь, подмывающий и нецеленоправленных беззонтовых прохожих тоже зайти внутрь, на огонек.

В фойе располагались книжные выставки и куцый буккроссинг, большой стеллаж с дарами от читателей, продавались-раскупались новинки, встречали волонтеры в фирменных желтых футболках, раздавались листовки с программой вечера.

Глаза разбегались от обилия разнообразных мероприятий, пересекающихся по времени в разных залах и кабинетах.

Я пошла по пути наименьшего сопротивления — куда больше зазывали, ибо пока не ориентировалась в помещении, и попала в конференц-зал, где уже начиналась «Музыкальная композиция «Мелодия кино». На две трети зал был уже заполнен, и нам представили вокально-оперную студию «Бельканто» из ГДКНТ. Ведущая коротенько рассказала нам об истории развития кино и пригласила «окунуться в старые добрые и наивные фильмы,…когда люди были проще и добрее». Предложение с удовольствием залом принято, и мы прослушали целый концерт замечательных песен из советских фильмов, каждой из которых также предшествовала краткая история создания. На возрастных волнующихся солистов в концертных платьях было приятно смотреть и трогательно слышать. Даже через полчаса от начала, в паузах, в зал все собиралась публика и проскальзывали, пригнувшись, фотографы. Ладоши нескладно хлопали, и букеты, хоть и не каждому, вручались. Ко второй половине концерта мы уже завелись и некоторые робко подпевали, а я в ощущениях погрузилась в свои детские воспоминания, когда эти песни были в ходу, и исполнялись хором нашей большой семьи на каждой «сходке», по поводу и без, и почти все слова всплывали из ячеек долгосрочной памяти сами собой…

Некоторые дамы даже успевали переодеваться под свой новый номер, через окна, открытые в силу духоты, вклинивалась зазывная музыка от крыльца. Финальный совместный хор маршевым темпом «Нам года — не беда! Оставайтесь, друзья, молодыми!» сорвал овации, но не заглушил разочарование одной из соседок « Думала – пойду, развеюсь, а тут будто в дом престарелых попала…».

В соседнюю залу надо было идти, дамочка! Там деткам давали мастер-классы по разным прикладным направлениям, иллюстрированные готовыми работами мастериц, работал Молодежный информационный центр (не успела с ними познакомиться), показывали детский спектакль, и ребятки в таких же желтых футболках кучковались на модный в последнее время квест.

Мне же лень было двигаться с пригретого местечка, и я осталась тут же, на Литературно-драматическую композицию «Мир кино. Саратовские страницы». Как «патриот» своего города, ожидала от заявленного громкого названия, мягко говоря, большего. Для начала ввели в заблуждение старым проектором напротив экрана, размечталась уж послушать стрёкот его, ан нет — с компьютера шла трансляция, хоть и с живым тапером за роялем. Публика разбавилась молодежью, ведущий краевед Владимир Вардугин представил нам восьмерых всем известных артистов-земляков, сдержав свое обещание «не утомлять цифрами и фактами», а посоветовав лучше почитать не только о них в его книге «Знай наших». Хочется надеяться, что таки да, автор пишет лучше, чем говорил.

Бабушка с внучкой, держа подмышкой новорасписанную тарелку, ретировались из зала на десятой минуте, а за ними и еще несколько.

Кадры из фильмов также сопровождались известными песнями и доставляли ностальгическое удовольствие (сам-то редко пересматриваешь таковые, уж больно много нового ухватить хочется). Личные воспоминания автора о встречах с некоторыми из соотечественников были новы и интересны, а факты, почерпнутые им из интернета, вызывали подчас полемику в зале.

Оказывается, Сергей Филиппов — «самый саратовский, потому как родился в Глебучевом овраге», а Каюров еще жив, и мы по этому поводу неожиданно вспомнили, что сегодня, 22-го апреля, «когда расцветала земля», был сами знаете чей день рождения, еще совсем недавно так широко и помпезно отмечавшийся;

— про наш знаменитый путепровод «птичками» в начале 60-х был снят художественный фильм «Строится мост» с участием почти всех молодых актеров «Современника» (надо посмотреть!), и Олег Табаков по этому поводу отказался дать интервью нашему корреспонденту;

— и когда герой Янковского как нельзя почти в тему заявил с экрана: «Умное лицо еще не признак ума», Владимир Ильич признался, что «он не нравится мне больше всех из саратовских, как актер» (тихое возмущение в зале), «а как человека я его уважаю, потому что он однолюб», также как и его любимый Михайлов, «есть в нем что-то такое, мужицкое»;

— и член общества трезвости, конечно, не смог обойти тему «пьяница ли Конкин», и наверное, не должен бы, потому что он верующий, а его мама работала киоскером на вокзале….

В итоге нам вживую мефистофелевский типаж спел «Что за напасть», и Вардугин преподнес библиотеке свою новую книгу краеведческому отделу библиотеки, и нас оттуда заверили, что «это не подстроено, а действительно неожиданно», а мы и не очень-то заподозрили.

Следующим номером программы пошло «Танцуй кино», для чего пришлось сдвинуть стулья и расширить «сцену», и вот тут-то мы насладились эстетикой костюмов и танцев разных эпох и ритмов. Иностранный отдел библиотеки представил гостям творческий клуб «Старый город» абсолютно молодежного состава. Не только музыка и танцы, но и рассказанная история о них.

На расстоянии вытянутой руки, шурша юбками, проплывал мимо полонез, перемещался контрданс; оказалось, что кадриль очень забавна, а вальс в девятнадцатом веке считался неприличным. И был не только краковяк, но и его жена), краковянка, и на танцполе пришлось ее укоротить вдвое, так как танцоры уже запыхались, но у них были веера.

И так близко степ я вообще увидела и услышала впервые.

Бабушки, наконец-то, восхищенно заахали «какая у нас молодежь!», и «как хорошо, что все это возрождается», вспоминали, как они сами отплясывали в клубах чарльстон (чарльстон в кринолине-это «что-то»!), и я им предложила присоединиться, а они засмущались, хотя, видно было, что хотелось…

А несколько пар все изящнее изворачивались на тесной площадке, и молодые люди были галантны и светлы румяными лицами, и рассыпались прически, летели шпильки, колготы пускали стрелы….

Из зала вовсю кричали «браво», и дарили тюльпаны, и просили записать к себе на занятия в клуб «Восток».

А потом на сцену вышли студенты консерватории, и нам напомнили, что «кино соединяет все виды искусства», и мы насладились роялем, непривычными звуками кларнета и фагота (я и не знала, что он такой огромный).

И уже около девяти вечера зрителей начали вызванивать, и они полушепотом успокаивали в трубку: «Еще чуть-чуть!»

Скрипично-виолончельный Глинка тревожил, к светлым стенам просили не прислоняться, бабушки ерзали на стульях «нам еще в деревню ехать, в Заводской». «Да мне-то лично в другую деревню, в Ленинский». Посмеялись.

Эх я, деревня, и не знала, что Бородин не только композитор, но и стихи писал, их нам и спел оперный вьюноша.

А затем представили певицу Марию, «которую мы вам уже привозили в прошлый раз», она приехала в Саратов из Киева, где ее ранили на майдане (уж и не знаю, с большой ли теперь буквы), и тут наш Сметанников взял ее к себе в класс.

Оказалась Маша стройной глазастой грузиночкой, и не могла не исполнить свою родную «Сулико» в оперном варианте, а капелла, мило прикартавливая, да так, что чуть потолок не приподнялся.

И эта смесь «братских народов» приятно щекотнула где-то там, вновь отправив меня в СССР, и одновременно вспомнился вчерашний звонок знакомого армянина, который съездил во Владивосток в командировку, и со смехом доложил: «Представляешь, и там армяне есть!»

Наполненное сознание и промытое живым звуком тело попросили передышки.

Глоток воздуха под полнолунием, столик гадалки в углу коридора (ничего нового не сказала), и, под занавес, «мы» посмотрели фильм «Синдром петрушки».

Очень еще хотелось сердцещипательную «Журавушку» в другом зале, как же умным и красивым не разорваться. «Петрушка» победил, оказавшись не менее драматичным.

В читальном зале оставалось всего человек восемь, гардеробщица занесла последнее пальто: «Чьё?», на окнах колосилась рассада…

Фильм просился взглянуть на себя в большом формате, услышать «Вы знаете, где выход!», и напомнил, что все проблемы в голове.

Хоть и не совсем библио, и не до конца ночь…

Товарищ Шекспир не знал тогда, что весь мир не только театр, но и кино, в отличии от мнения сегодняшнего апрельского именинника про важнейшее из искусств.

Особенно в этот год.

23-00.

Фойе было темным, музыку смотали, шарики на крыльце сдувались, а на улице изрядно похолодало…

На душе же было тепло.

Галина КАРНАУХОВА.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here