О стихах говорить не буду. Ни об их перечне, ни об их качестве. Потому что те, кому надо – видели, кому не надо – увидят (видео некоторых выступающих появится в ближайшее время на соответствующей страничке “ВКонтакта”). Скажу об общих впечатлениях тыльной стороны фестиваля, которая обычно не на виду, которую обычно воспринимают само собой разумеющейся.

Водоворот фестиваля поэзии закружил уже в четверг, когда начали съезжаться первые иногородние гости. Для меня, освобождающегося от всех прочих обязанностей, кроме организационных, Саратов на эти дни преображается в город с совершенно иной метрикой: корпус, в котором ты работаешь, перестаёт быть местом ежедневных лекций и семинаров – теперь он то место, куда надо пустить всех людей (соответствующая бумага подана вахтёрам загодя) на лекцию Леонида Немцева; музей Борисова-Мусатова, мимо которого ходишь каждый день по другой стороне улицы и особо не замечаешь, наполняется чрезвычайной важностью – там будет презентация (первая в жизни) моего романа (первого в жизни, вышедшего отдельной книгой); проспект Кирова становится местом хостела и съёмных квартир, где живут гости, которых надо встретить, заселить, выселить, проводить… Так поверх одного города, ежедневного, обыденного, привычного, накладывается другой: город напряжённой ответственности, с неведомыми никому (кроме тебя, держи всё в голове) маршрутами, появление на коих расписывается по минутам (как это было особенно очевидно в субботу, в самый напряжённый день: пять мероприятий в разных местах центра – с получасовыми перерывами). И самое важное – люди, местные, с которыми ты тут общаешься время от времени, бликуют иначе, раскрываются иными аспектами – которые важно сохранить в памяти, чтобы потом, после фестиваля, помнить: мы намного интереснее, чем того требует наша обыденная, рутинная забота о делах насущных. Фестиваль становится местом цветения, пожалуй так будет точно.

Для случайных зрителей (а таковых, хоть и мало, но были), наш фестиваль – лишь набор случайных мероприятий (тут чтения, там лекция, тут презентация, там творческий вечер, снова чтения, чтения). Для организатора – это единый организм или, чтобы избежать этой избитой зоометафоры, скажу точнее – большое и красивое, но хрупкое и капризное растение, которое требует тщательного ухода и беспрерывного поддержания нужной температуры (настроение падать не должно ни на миг – стоит утратить бодрость, как пострадают ни в чём не повинные участники, гости и слушатели следующего мероприятия). Иначе – цветок не распустится, не зацветёт, не порадует. Поэзия – это радость, пиршество духа, демонстрирующее возможности речи, утверждающей доверие людей слову, а слов – людям (первое случается всегда, последнее – гораздо реже; многим слова не даются, царапают и бьют).

А вот сами поэты – люди тонкой душевной организации. Одним (начинающим) говоришь о слабостях поэтики, другим (матёрым) надо маякнуть о том, что ты в курсе литературных событий страны (ведь они приехали не в деревню, в глушь, хоть и в Саратов), третьим купить вовремя не купленные билеты, четвёртым – подсказать где у нас тут магазин… Всего приезжих поэтов было тридцать (!), выступающих саратовцев – столько же. Итого – шестьдесят человек тонкой душевной организации, между которыми, кстати сказать, может быть что угодно (от моментально вспыхнувшей любви до столь же лютой ненависти). На сей раз обошлось довольно мирно, более того – чрезвычайно радовала и несла всех атмосфера настоящего дружелюбия (безо всяких закулисных подводных камней). В воскресенье, на Соколовой горе, состоялось не заявленное в афише, но запланированное заранее мероприятие – обсуждение региональных политик в области литературы: фестивалей, публикаций, приглашений, финансирований. Делились опытом Нижнего Новгорода, Москвы, Самары, Тольятти, Саратова, Вологды, Рязани. Слушатели, организаторы, участники. Тут дружественность стихийно образованной общности сказалась вполне. Как заметил Дмитрий Манаев – никогда не знаешь кто окажется с тобой рядом на этом фестивале, какие пойдут разговоры, каким опытом обменяешься. Это совершенно верно: несмотря на складывающиеся традиции нашего девятого фестиваля, общая канва схожих действий, встречаясь с разными людьми, каждый раз выдаёт совершенно неповторимый вкус различных компонентов. Речь идёт уже не о биологической метафоре, но о кулинарном, дегустаторском таланте. И я ещё не встретил ни одного человека, который рад бы был фестиваль завершить, пожелал бы уехать. Каждый раз – и на этот раз особенно – создаётся не только иллюзия другого Саратова внутри прежнего и обычного, но и иллюзия полноценной, дружественной, яркой жизни в нём – с друзьями, занятыми разными делами, но объединёнными серьёзным отношением к тому, в чём ты обычно чувствуешь себя одиноким – творческой работой.

В понедельник уехали последние гости. Уходя со съёмной общей квартиры ночных посиделок и утренних споров, мы вышли на улицу, пока ещё мерцающего между уже законченной фестивальной жизнью (настоящей, но короткой) – и возвращающейся обыденностью города (иллюзорно-снотворной, постоянной). Это самое трудное – переходы между такими вот вещами. Назавтра, в аудитории, всё окончательно встанет по своим местам, будто ничего не было. А пока – в этом переходе, позволяющим почувствовать свежесть ночных гуляний, стихотворных ритмов, внимательных лекций – в этом вечере понедельника, думается: странно ведь как, назвали фестиваль “Центром весны” – мол, центр миновали, середину апреля. А ночью пошёл снег. Выходит, мы повернули весну в обратную сторону, в зиму? Бывает же. Тогда это и отпечаталось в памяти с иным заголовком: “Предел весны”. Спасибо всем!

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here