В последние месяцы в Саратове вновь стала актуальна проблема смены часового пояса. Все больше граждан и общественных объединений обращаются к власти с просьбой изменить время. Интернет-петиция размещенная на портале Change.org собрала уже более 50 000 тысяч подписей. С инициативой о введении в Саратовской области собственного времени выступили глава Общественной палаты региона Александр Ландо и ряд политиков. Почему обществу стало так не хватать московского времени? О плюсах и минусах перевода стрелок на программе «Блокпост» Даниила Аникина поговорили заместитель председателя Общественной палаты Наталья Королькова, представитель сообщества саратовских дачников Михаил Ребров и врач-психотерапевт Наталья Демарина. Как влияет часовой пояс на деторождение, почему из-за часов встала рыбалка на Волге, как не сойти с ума от инфракрасного излучения, и почему у людей «украли лето» — смотрите в программе.

Даниил Аникин:  Здравствуйте, с давних пор человек пытался поставить себе на службу время, подчинить его себе, но не является ли такое ощущение обманчивым? Можем ли мы жить в то время, которое сами себе выбираем? Сегодня в программе «Блокпост» мы говорим о смене часового пояса, и о тех последствиях, к которым это решение может привести. У нас в гостях член Общественной палаты Наталья Королькова, пенсионер-дачник Михаил Ребров и врач-психотерапевт Наталья Демарина.

Первый вопрос мы адресуем Наталье Александровне, поскольку именно Общественная палата инициировала обращение о смене часового пояса. Чем это обусловлено?

Наталья Королькова: Во-первых, это обусловлено не только тем обращением, которое подготовила Общественная палата, а тем обсуждением которое возникло в Саратове на разных сайтах, в разных организациях, инициативных группах и т. д.

Есть проблема и эту проблему Общественная палата взялась обсуждать. Есть разные точки зрения. На одном из обсуждений, когда все высказывали разные точки зрения, противоположные, у меня было ощущение, что это 50/50.

Пришли к выводу, что вообще нужно референдум проводить. Другого не было предложения. Сейчас уже выступили с инициативой поменять время, пришли к такому убеждению. Настолько это целесообразно? Наверно мы не устанем обсуждать. Я больше чем уверена, когда сменим время, опять начнем обсуждение в другую сторону по поводу неудобств. Всем не угодим.

Инициатива есть, и она всех интересует. Я еще не видела людей, у которых бы не было мнения по этому поводу. В основном люди говорят либо «За» либо «Против».

Даниил Аникин: Наверно это потому, что вопрос касается всех, и исторически в Саратове было время отличающееся на час от московского.

Наталья Королькова: Люди старшего поколения это очень хорошо помнят, и есть с чем сравнить. Тем более, что не только на час, а в связи с отменой зимнего и летнего времени на два часа уже разница появилась, тогда это стало очень ощутимо. Раньше мы не ощущали этого часа, который был. Поэтому, есть предложение вернуть зимнее и летнее время. Может быть это бы решило проблему.

Даниил Аникин: Но ведь обоснование такого решения кроется, в том числе, и в таком понятии, как биологические ритмы человеческой жизни. Так ли это Наталья Павловна?

Наталья Демарина:  Существующие сейчас часы нарушают биологические ритмы человека. Человек встает на два часа раньше, чем ему было бы положено. Как бы ты не занавешивал окно, как бы ты не закрывался, все равно инфракрасное излучение проникает сквозь стены, сквозь стекла. И есть ощущение накатывающей волны жары. Мои друзья, малышки (пациенты прим. ред) мне часто жалуются, что утром накатывает волна. Я спрашиваю: «Что за волна?». Отвечают: «Я не могу работать, я не могу сосредоточится». Мне приходится мягко объяснять, что в этом нет ничего страшного, что это инфракрасное излучение, это просто не соответствие вашего внутреннего ритма — внешнему ритму. Усилиями воли настраивайте себя на то время, в котором вы находитесь.

То есть, человек вынужден прилагать интеллектуальные усилия там, где этого делать не надо было, и усилием воли себя подстраивать под ритм официальной обстановки. Есть в медицине такое понятие как латентные психозы. Человек может всю жизнь прожить нормальным и ни разу не столкнуться с психическими проблемами, однако если он постоянно испытывает какой-то стресс, на который он не может повлиять, не может решить, ощущает свою беспомощность, зависимость и то, что он лично ничего сделать не может.

В результате накапливается стрессовая ситуация и где она взорвется, куда она пойдет — никто не знает. Очень многие наши проблемы, которые мы приписываем другим, спровоцированы часовым поясом.

Даниил Аникин: Когда вопрос решался о часовых поясах, о том что можно сократить их количество, уменьшить и собрать регионы в укрупненные группы — были тоже мнения психологов, что это не приведет к каким-либо серьезным последствиям. Всего один час — и человек за несколько суток привыкает.

Наталья Демарина: Есть понятие промышленного психолога, есть понятие медицинского психолога, а есть понятие психотерапевта — это разные профессии, и основываются они на разных выкладках. Не один медицинский психолог вам такого не скажет, потому, что имеет дело не с психикой человека, а с гранью нормы и патологии. Промышленный психолог легко скажет «ничего страшного», потому что к их профессии это не относится.

Наталья Королькова: Тем не менее, когда собиралась Общественная палата по этому вопросу, то было тоже обращение к министерствам и ведомствам, чтобы они дали свое экспортное заключение. Министерство здравоохранения удивило меня. То, что вы сказали — мне близко, и я знаю это по моему окружению. Но, когда выступили официальные представители Минздрава Саратовской области, они однозначно сказали, что нет подтвержденных научных исследований в медицине, подтверждающих, что наносится ущерб. Когда выступил экономический блок — они тоже сказали, что не наблюдают негативных явлений в своей производственной сфере и отрицательного влияния на экономическую деятельность людей. Я думаю, они понимают ответственность, которую берут на себя. Хотя, конечно, можно засомневаться и я  уверена, что серьезного изучения данной проблемы у нас никто не проводил…

Наталья Демарина: Это я вам сразу могу сказать. Даже когда я слушала статистические выкладки сделанные нашей Общественной палатой… Не смотря на то, что они доказывали репрезентативность и безоценочность выкладок, изначально в опросниках содержались оценки. Я могу вам сказать как профессионал, можно вопрос поставить так, что заранее заложить в него ответ.

Наталья Королькова: Если мы не имеет результатов глобального исследования, мы опираемся на частные точки зрения, и в тоже время профессиональные. У меня в организации работают врачи, психотерапевты-психиатры. Оба категорически  отрицательно относятся  к тому, что мы находимся в таком временном поясе. Они говорят, что как минимум час мы должны вернуть. Будет ли это переход на зимнее -летнее время, они это не обсуждают. Врачи говорят, что особенно сказывается на маленьких детях такой перекос к вечеру. Мне в 8 уже спать хочется, а встаю я сейчас в 4, а скоро это будет половина 4.

Наталья Демарина: Как бывший не только психотерапевт, но и педиатр я могу сказать, что в педиатрии есть такое понятие, что к 6 вечера у детей обостряются все процессы, если ребенок болен — к 6 жди проблем. К 6 часам конкретного времени. А что сейчас, это 4,3 часа. Получается, что среди дня ребенок «дает свечку». А мать в это время еще сидит на работе, она ничего не может ничего сделать, ее срывают…
(продолжение  дискуссии смотрите на полной видео-версии).